Психологические проблемы созависимых членов семей алкоголиков

Психологические проблемы созависимых членов семей алкоголиков

Созависимыми называются личности, чьи жизни существенным образом затронуты тем, что другой человек употребляет алкоголь или вещества, изменяющие настроение.

Термин «созависимость» применяется к детям, супругам, взрослым детям из семей алкоголиков и к родителям наркозависимых детей. Алкоголик может быть в настоящее время активным или выздоравливающим, живым или умершим, непосредственно живущим с созависимым или частью его прошлого. Важным является то, что созависимому был нанесен эмоциональный, когнитивный или поведенческий ущерб в результате незащищенности от алкоголика и взаимодействия с ним.

Поговрим о проблеме болезненного стыда, переживаемого созависимыми. Некоторые из этих проблем — стыд «взаймы», критическое отношение к себе, блокирование интимности, чувство отстраненности от мира, роль «помогальщика» и пораженческое поведение. Также будут обсуждаться вопросы стыда, относящиеся к семьям начинающих выздоравливать алкоголиков. Это помощь алкоголику встретиться со своим стыдом, допущение употребляющего обратно в семью, обучение примерам здоровой коммуникации, перфекционизм и нереалистичные ожидания и развитие гордости в процессе выздоровления алкоголика и семьи.

Стыд в семьях активных алкоголиков

Стыд взаймы
Стыд заразен. Дети или взрослые, которых заметным образом затрагивают отношения с алкоголиком, часто перенимают его стыд. Иногда кажется, что они стыдятся больше, чем сам алкоголик. Выздоравливающим пациентам нужно исследовать это наследие, которое может продолжать наносить вред людям годы спустя после того, как они покинули дом алкоголика.

В психотерапии этот феномен принято называть «стыдом взаймы», чтобы не фокусироваться на нем как на болезни или расстройстве. Слово «взаймы» имеет несколько важных применений:
— стыд, на самом деле, принадлежит кому-то другому;
— созависимый человек просто использовал этот стыд на временной основе;
— поскольку стыд принадлежит кому-то другому, правильным решением для созависимого будет вернуть его настоящему владельцу;
— было бы проявлением эгоизма продолжать держаться за этот стыд, раз он не является законной собственностью пациента.

Безусловно, не весь стыд созависимого — заимствованный. Он может нуждаться в работе с собственными сущностными проблемами отчаяния, отсутствия собственной ценности и унижения. Но полезно помочь клиенту отделить эти критические проблемы от негативных чувств на свой счет, порожденных поведением алкоголика.

«Разъединение с любовью» — фраза, связанная с лечением созависимости. Она относится к тому, как затронутые члены семьи учатся вести жизнь, не крутящуюся физически и эмоционально вокруг алкоголика. Стыд взаймы должен быть возвращен владельцу, чтобы человек мог увидеть свою жизнь в новой перспективе. Возврат стыда — это способ начать построение более прочных и определенных границ.

Заимствованный стыд является проблемой людей, в настоящее время живущих с активными алкоголиками. Они регулярно испытывают смущение или подвергаются насмешкам из-за безответственности последнего. Они никогда не могут знать, в какой момент образ респектабельности будет сорван с них небрежным замечанием соседей или слишком вежливыми вопросами друзей. В результате члены семьи с большой вероятностью становятся настороженными и изолированными от общества. Это только подтверждает для них и их соседей, что у них, должно быть, есть чего стыдиться, и так раскручивается спираль возрастающего стыда, дальнейшей изоляции и дальнейшего еще большего стыда.

Заимствованный стыд является характеристикой многих взрослых детей алкоголиков. Годы спустя после ухода из дома алкоголика эти люди всё еще несут на себе его стыд. К этому времени становится трудно отделить его от сердцевины личности. Взрослый ребенок должен сначала понять, что стыд взаймы существует. Затем, с некоторой помощью и руководством, он может постепенно понимать и вспоминать, как много раз он чувствовал стыд только потому, что ему привелось жить с алкоголиком. И даже тогда пациент не будет способен просто отделить от себя заимствованный стыд. Он должен сначала принять его. Взрослый ребенок в конце концов станет более способным восстановить свое чувство собственного достоинства, когда поймет, что «плохость», которую он считал неотъемлемой частью себя, на самом деле является реакцией на семейный дистресс.

Пациенты могут возвращать заимствованный стыд в процессе индивидуальной и групповой терапии. В норме, пациент символически говорит родителю-алкоголику, что не хочет больше чувствовать стыд вместо него. Может быть полезным обсудить главные причины, по которым стыд был взят взаймы, например, чтобы защитить алкоголика. пациенты могут проговаривать эти вопросы с консультантом, или они могут разыграть данную ситуацию с другими членами группы. Цель, конечно, заключается не в том, чтобы перевалить стыд на алкоголика, а в том, чтобы избавить его взрослого ребенка от бесполезной и болезненной ноши.

Критические суждения о себе
Замечено, что взрослые дети алкоголиков судят себя без всякого милосердия.

Индивид, которого немилосердно судили, вероятно, осваивает критицизм. Он не будет нуждаться в критическом голосе извне. Скорее, он научится быть самокритичным. Он будет регулярно говорить себе, что ничего не стоит. Не важно, насколько он успешен, он будет считать себя обманщиком, не достойным называться человеком. Ребенок, которого стыдили таким образом, вырастая, овладевает искусством стыдить себя самого. Он не может принять того, что делает, потому что не принимает того, кто он есть. Он никогда не может убедить себя в том, что достаточно хорош или достоин любви.

Одним из симптомов такой самокритичной натуры является нетерпимость к похвале. Взрослый ребенок алкоголика выстраивает толстую стену, чтобы предохраниться от выражения благодарности другими. Первый способ, которым он отказывается от комплиментов — это пожимание плечами. Если возможный хвалитель упорствует, он отступает на другую линию обороны: «Да, но…» («Да, но, на самом деле, это заслуга моего друга», «Да, но я только угадал один из их вопросов», «Да, но, если бы ты действительно знал меня, ты бы увидел, что я не всегда так хорош».) Если и это сопротивление неудачно, стыдящийся человек может выйти из комнаты, разозлиться на того, кто его хвалит, или обернуть ситуацию в раздачу комплиментов другой персоне. Он может казаться смущенным и напуганным. Взрослый ребенок обладает стойким и негативным понятием о себе, которое может быть разбито получением позитивной обратной связи.

Супруги алкоголиков могут также быть критичными к себе. Они могут жить с высоко критичным человеком, алкоголиком, который с готовностью говорит им об их ошибках. К тому же другие члены семьи часто обращают свой гнев и фрустрацию по поводу семейной ситуации на трезвого супруга, настаивая, что именно в нем реальная проблема. Атакуемая со всех сторон, супруга, даже выросшая в семье, не перегруженной стыдом, вероятно, понесет ущерб в области самооценки. Любому из нас было бы трудно не направить на себя и свой собственный палец, будучи окруженным людьми, показывающими на тебя пальцем и стыдящими.

Созависимые супруги часто проживают жизнь мучениц, пожертвовавших своим счастьем ради «сохранения» своих семей. Это мученичество не рассматривается созависимыми как их выбор. Они верят, что семья развалится без их постоянной бдительности, что они должны отказаться от большинства радостей жизни ради предотвращения возможной фатальной катастрофы. Так или иначе, супруги часто излучают чувство горечи; они думают, что их не ценят — и это часто является правдой. Случилось следующее: фокус семейного стыда был перенесен на трезвого супруга. Остальная семья атакует созависимого родителя, делая его ответственным за семейную боль. Они могут обвинять супругу в скверном характере, или в попытках контроля за их жизнью, и даже в том, что она — источник семейного стыда.

Созависимые, обвиненные в семейном стыде таким образом, склонны становиться самокритичными. Они начинают верить, что по сути своей плохи, потому что именно так говорят самые важные в их жизни люди. Они в конце концов приобретают привычку критицизма — допущение, что, поскольку они ущербны и злы, всё, что они делают, кончится плохо. Они могут заключить, что владеют собственным видом черной магии, приносящим стыд и неудачу в жизни всех, с кем они соприкасаются. Затем они начинают жестоко осуждать каждый аспект своей личности и поведения. Как и взрослый ребенок, обсуждаемый выше, они становятся нечувствительными к чужой похвале, потому что она противоречит тому, что они слышат дома. Такие индивиды критикуют себя, потому что уверены, что должны стыдиться.

Блокирование интимности
Идентифицировано пять отдельных типов интимности: эмоциональная, сексуальная, социальная, рекреационная и интеллектуальная.

Созависимые индивиды могут испытывать трудности в установлении связей в любой из этих областей или во всех сразу. Некоторые причины проблем с интимностью связаны со стыдом.

Эмоциональная интимность влечет за собой проникновение в личную сферу, показывание другому человеку частей себя, которые, как мы боимся, могут дискредитировать и устыдить нас. Некоторые части этой потенциально катастрофической информации могут показаться другим тривиальными, как, например, факт, что мужчина носит парик. Другой постыдный материал может быть травматической природы — женщина могла быть изнасилована несколько лет назад и не говорила об этом никому. Еще такой материал может быть связан с семейным скандалом алкоголизма.

Каково бы ни было содержание, акт эмоциональной интимности включает в себя риск отвержения вследствие раскрытия потенциально дискредитирующего материала. Опасность состоит в том, что раскрытие может вести только к большему стыду. Поделившийся почувствует стыд, если узнавший секрет в ответ посмеется над ним или проигнорирует его, или пожмет плечами в ответ на откровенность. Еще хуже, если он выразит гнев или презрение. Однако, если человек может выслушать полное стыда признание без того, чтобы устыдить признавшегося еще сильнее, и особенно если он может выразить то, что по-прежнему принимает его, стыд может начать уменьшаться.

Дети алкоголиков часто не могут развивать отношения эмоциональной интимности. Они вырастают со слишком большим количеством секретов. Они приучаются к тому, что от них ожидают утаивания правды об их семьях. Когда они идут на риск поделиться чем-либо, он могут быть пристыжены еще сильнее своими родителями или проигнорированы авторитетами вне семьи.

Дети алкоголиков могут в детстве прийти к заключению, что не могут позволить себе глубоко чувствовать. Чтобы выжить, они подавляют большую часть чувств. Позже они находятся в поверхностных отношениях, сомневаясь в своих партнерах, даже когда последние ничего не сделали, чтобы заслужить недоверие. Они очень боятся, что люди, которых они любят, наткнутся на их подлинную, неприемлемую натуру и немедленно отвергнут их.

Сексуальная интимность — другая проблемная зона для лиц, затронутых семейным алкоголизмом. Частично это результат сексуального насилия, часто сопровождающего алкоголизм. Бывшая жена, жившая в страхе супружеского изнасилования на протяжении своего брака, может встретиться с суровым сексуальным торможением в будущих отношениях.

Базовой проблемой многих созависимых является искажение чувств прикосновения. Физический комфорт, возможно, менее частое явление в алкогольных семьях, чем в каких-либо других. Прикосновение как таковое может ассоциироваться с опасностью. К тому же отвращение есть торговая марка стыда. Индивиды, испытывающие стыд, часто ощущают, что их тело отвратительно, уродливо и отталкивающе. Они могут рассматривать сексуальный акт как модель того, как заботливо защищаемый публичный имидж может быть потерян в момент физического овладения.

Функция стыда — усиливать сексуальность, акцентируясь на потребности в скромности и уединении во время соития. Скромность и уединенность часто в дефиците в алкогольной семье. То, что дети слышат звуки родительских сексуальных боев или видят их кажущееся «бесстыдным» поведение, может повредить их сексуальному развитию. Сексуальность становится связана со стыдом вместо радости, и естественные физические потребности только подтверждают сущностную «плохость».

Социальная и рекреационная интимность связана со способностью личности разделять деятельность, связанную с дружеским, общением и отдыхом, со значимыми другими. Проблемы стыда тут менее критичны. Однако, как правило, взрослые дети алкоголиков имеют сложности в том, чтобы расслабляться и веселиться. Они всегда серьезны. Созависимые, живущие с активным алкоголиком, могут быть расстроены или чувствовать слишком большую боль, чтобы играть. В результате, они могут изолироваться от прежних друзей и отходить от активности, раньше приносившей удовольствие.

И наконец, интеллектуальная интимность связана с взаимным обменом идеями, как в исследовательской работе или школьной деятельности. Интеллектуальная интимность случается, когда оба индивида верят, что, поделившись своей идеей, они не встретят насмешки или очернения ее своим партнером. К несчастью, созависимые уже тысячи раз слышали, что они глупые или сумасшедшие. Их опыт говорит им, что высказывание мысли часто приводит к унизительному нападению. В результате, многие созависимые начинают, верить, что они «безмозглые». В таких условиях даже одаренные люди становятся смущенными и интеллектуально недостаточными, особенно в значимых отношениях. Поскольку стыд созависимого проникает в его мозг, он вообще трудно поддается вовлечению во взаимно возбуждающий диалог.

Созависимые испытывают проблемы с интимностью частично из-за своего стыда. Индивиды, уверенные, что они не хороши и недостойны любви, редко развивают способность рисковать собой эмоционально, сексуально или каким-либо другим образом, который может привести к отвержению.

Роль заботящегося как феномен стыда

Созависимые склонны становиться аутсайдерами в жизни. Хотя временами они, разумеется, могут оказываться в самом центре своих семей и организаций. Но их роль — это нечто вроде заботливого «помогальщика», озабоченно суетящегося вокруг и старающегося удержать всех остальных от распада. Созависимый научился тому, что он одновременно отличен от других и дефективен: он занимает в жизни то место, где может приспособиться без ссоры. Он должен быть благодарен, что может служить другим, очевидно, лучшим людям.

Большинство людей получают некоторое количество чувства собственной ценности, помогая другим. Они уравновешивают свой альтруизм тем, что приобретают другую часть этого чувства путем достижения персональных целей. Созависимые, однако, могут стыдиться возможного персонального успеха. Они верят, что неполноценны и дефективны — в сущности, не имеют никакой ценности. Они не видят причин, по которым другим стоило бы терпеть их.

Алкоголики часто чувствуют этот центральный стыд в других и способствуют его развитию. Им необходимы отношения с кем-то, кто ощущает по крайней мере такой же стыд, как они. В интересах алкоголика найти партнера, который настолько мало думает о себе, что будет с радостью терпеть оскорбления ради «стабильности» в доме. Такие партнеры часто являются взрослыми детьми алкоголиков или людьми, выросшими в обстановке высокого стресса по другой причине.

Нельзя сказать, что алкоголики намеренно манипулируют этой ситуацией, подобно Макиавелли, хотя иногда такое и случается. Но чаще алкоголик и движимый стыдом созависимый находят друг друга и притягиваются, как магнитом. Каждый распознает слабое место другого, и эта тяга опережает рациональное суждение. Алкоголик находит потенциального партнера, который в огромной мере недооценен; затем он может контролировать совершенно компетентного индивида, совершая минимальные персональные вложения. Между тем, созависимыи также верит, что делает удачное вложение на будущее. С его точки зрения, некто чрезвычайно ценный опустился до того, чтобы терпеть отношения с ним. Созависимый берет на себя ответственность удовлетворять алкоголика настолько, чтобы тот не покинул его. Такой созависимый не может поверить, что кто-то захочет его ради него самого, поскольку он видит так мало ценного в себе.

Глубоко стыдящийся супруг или взрослый ребенок алкоголика с большим трудом устанавливают равновесие между заботой о других и о себе.

Пораженческое поведение

Алкоголики и созависимые склонны к такой фрустрирующей характеристике, как звание мастера достижения почти успеха в жизни. Они саботируют себя с настораживающей регулярностью. Алкоголики могут делать это, срываясь за день до вручения награды за шестимесячное воздержание. Созависимые супруги могут позволить по-прежнему пьющему алкоголику вернуться домой за день до окончания процедуры развода.

Стыдящемуся индивиду множество раз говорили, что он не хорош и недостаточно хорош. Он не может добиться успеха, потому что находится в ловушке этих посланий. Он может не быть полным неудачником, но равно не может быть и успешным. Стыдящиеся люди не могут добиваться своих целей и по-прежнему сохранять осознание себя как некондиционного человеческого существа.

Перед лицом возможного успеха созависимые часто проходят через следующую пораженческую последовательность:
— говорят себе, что хорошие люди должны быть способны выполнить это задание;
— стараются убедить себя, что были бы тоже достаточно хороши;
— решают «стараться»;
— удачно стартуют, на время поверив, что могут преодолеть свой стыд собственными силами;
— чем ближе успех, тем больше они сомневаются, что достойны его;
— переполняются стыдом и предчувствием провала;
— это еще больше убеждает их в том, что они не компетентны и должны стыдиться, подготавливая их к будущим поражениям.

Созависимые люди, полные стыда и сомнений, становятся пророками собственной судьбы. Они ожидают, что будут недостаточно хорошими; они ожидают «недолета», потому что их жизни полны неудач, и часто потому, что алкоголики в их жизни преградили им путь негативными ожиданиями.

Другие характеристики созависимых, связанные со стыдом

Стыд влияет на созависимых еще несколькими способами. Безрадостность, неспособность веселиться, сопровождаемая большой серьезностью, является характеристикой взрослых детей алкоголиков. Стыдящийся человек часто теряет способность расслабляться или быть спонтанным; спонтанность может привести к тому, что другие увидят его слабости. Взрослый ребенок может противостоять унижению, становясь бдительным. Он должен внимательно следить за собой. Он может спрятать этот страх, относясь презрительно к тем, кто способен играть, и думая, что они просто безответственные личности.

Отрицание — другая характеристика людей, на которых повлияла жизнь с алкоголиком. Отрицание само является основной защитой от стыда.

Это также полезная защита от некомфортных аспектов реальности, в особенности, злоупотребления алкоголем. Отрицание помогает семьям поддерживать свой респектабельный имидж даже перед лицом очевидных и подавляющих доказательств обратного. Созависимые могут сделать отрицание своим стилем жизни, этот пример поведения переходит с алкоголизма, изначальной проблемы, на другие значимые области. Созависимый просто не заметит, что у его ребенка серьезные проблемы в школе, или что коллега расстроился. Вынужденный заметить что-то, он будет минимизировать или рационализировать проблемы, возможно, надеясь, что игнорирование заставит их рассосаться самостоятельно. По меньшей мере, он может отсрочить свой стыд, избегая его.

Созависимые могут также пытаться избежать стыда, утопив его в алкоголе или другом наркотике. Такое поведение отражает их противоречивое состояние в отношении интоксикации. Они могут не выносить алкоголя и совершенно отказываться от него. Но они видели, что интоксикация может быть эффективным, хотя и временным, бегством от боли и стыда. Когда давление нарастает, будь то дома или вне его, они испытывают отчаянное искушение получить облегчение в точности тем же способом, который помогал их родителям или супругу. Такое поведение особенно опасно, поскольку многие дети алкоголиков генетически предрасположены к алкоголизму.

Созавиеимая супруга, пьющая вместе с мужем или взрослым ребенком после того, как ее покритиковали на работе, может на короткое время избежать стыда, но только способом, который в конечном счете приведет к даже большему его количеству. В связи с таким риском, следует строго запретить созависимым, проходящим терапию проблемы стыда, употребление любых изменяющих настроение химических веществ в ходе лечения. Такая договоренность снижает вероятность того, что пациент спрячется от стыда, проявившегося в ходе терапевтической сессии, в пьянство.

Созависимые могут чувствовать себя неполноценными и слабыми из-за стыда. Их чувство автономии нарушено, замещено постоянными сомнениями в своей ценности и эффективности. Они чувствуют себя беспомощными, неспособными контролировать ни себя, ни алкоголика. Это чувство слабости простирается за пределы специфических целей или вопросов. Слабость тотальна, — это утверждение общей неспособности созависимых. Они потеряли веру в себя. Ребенок алкоголика, привыкший к своей неэффективности в родительской семье, берет эту установку с собой во взрослую жизнь. Таким же образом созависимая жена, проигравшая битву за контроль над пьянством своего мужа, может потерять свою силу. Побежденная алкоголем и стыдом, она тоже может прийти ко взгляду на себя как на фундаментально некомпетентную личность. Стыд атаковал дух этих людей, истощив в них уверенность и надежду.



Поделитесь полезной информацией с друзьями:



Задайте вопрос по теме нашим специалистам

Читайте по теме также: